Великий шахматист Адольф Андерсен



шахматист Адольф Андерсен

Идеи романтизма, вдохновлявшие в первой половине XIX столетия многих поэтов, писателей, композиторов, нашли своих последователей и в шахматах.

Одним из лидеров этого направления, сумевшим на шахматной доске передать романтические настроения своего времени, был великий шахматист Адольф Андерсен.

Июнь 1851 года, Лондон. К английской столице приковано внимание любителей шахмат разных стран. Здесь проходит первый международный турнир. Среди его участников многие известные мастера. Но есть и «новички» — о них шахматный мир еще не слышал. К последним принадлежал и прибывший из Германии тридцатидвухлетний учитель из Бреславля Адольф Андерсен. Именно он, перечеркнув все прогнозы, стал победителем соревнования, положившего начало новому периоду в истории шахмат.

Спортивный результат немецкого шахматиста был, бесспорно, выдающимся, но еще большее восхищение вызвал стиль его побед. Стремительные атаки, смелые жертвы, неожиданные тактические удары — вот что демонстрировал Андерсен. Даже самые титулованные противники не устояли перед неудержимостью его атак.

Природа наградила Андерсена (родился 6 июля 1818 года) огромным шахматным талантом. Склонность к комбинаторике он, по-видимому, унаследовал от отца коммерсанта. Кстати, отец и познакомил девятилетнего Адольфа с шахматами, не подозревая, как это отразится на судьбе сына.

Но для того чтобы стать одним из сильнейших в мире, лишь таланта недостаточно. Нужно обладать рядом других качеств, которые, к счастью, у Андерсена оказались.

Его путь к мастерству, особенно на первых порах, не отличался ни стремительностью, ни громкими победами вплоть до лондонского турнира. В родном Бреславле сильных шахматистов не было. Те, кто по вечерам собирались в кафе Хойзлера, играли примерно в силу Андерсена, так что позаимствовать у них что-либо ценное для совершенствования было трудно. Противостоять же тем немногим мастерам, которые изредка наведывались в Бреславль, Андерсен не мог, поскольку уступал им в силе. И он решает засесть за книги Стаммы, Филидора, Лабурдоннэ и других известных шахматистов прошлого.

Окончив в 1836 году гимназию, Андерсен поступает в Бреславльский университет, где изучает математику и философию. Непросто было совмещать учебу, а в дальнейшем работу с шахматами. Тем большее уважение вызывает настойчивость, с какой он шел к вершинам мастерства.

Период шахматного ученичества в родном городе не прошел даром. В 1842 году Андерсен выпускает сборник. Именно в задачах, которые тогда преимущественно строились на форсированных решениях с многочисленными жертвами, могло более полно проявить себя комбинационное дарование Андерсена. Итак, композитор опередил шахматного практика. Но пройдет всего несколько лет, и они навсегда поменяются местами. Тем не менее, ряд идей Андерсена композитора окажут немаловажное влияние на развитие задачного творчества вообще.

В 1846 году Андерсен приезжает в Берлин для получения ученой степени и сразу попадает в иную шахматную атмосферу. Уж чем-чем, а сильными шахматистами столица не была обделена. Здесь, в Берлине, проходит последний этап его совершенствования. Встречаясь с лучшими мастерами, оттачивая грани своего таланта, Андерсен вскоре завоевывает славу шахматиста яркого комбинационного стиля. Кто-то предсказывает ему большое будущее. Но сам он меньше всего думает об этом. Он играет, играет вдохновенно, целиком отдаваясь борьбе. Он всегда нацелен на победу, хотя кажется, что конечный результат партии отнюдь для него не главное. Осуществить свой замысел, доказать торжество логики и красоты — вот что прежде всего волновало Андерсена.

В 1848 году в его жизни происходит немаловажное событие: он получает возможность встретиться с опытнейшим мастером Д. Гаррвицем. Такого сильного соперника у него еще не было. Матч отличался большим ожесточением и закончился вничью — 5 : 5. А когда спустя какое-то время стал вопрос о том, кому представлять Германию на первом международном турнире, Берлинское шахматное общество назвало Андерсена и, как известно, не ошиблось.

Германия устроила победителю грандиозную встречу. Не скрывал радости и сам виновник торжества. Но как только первые овации улеглись, Андерсен отправился домой, в Бреславль, к повседневной работе преподавателя. И хотя в 1885 году ему было присвоено звание профессора, оно мало что изменило в его жизни, если не считать того, что еще труднее стало вырываться на турниры. Врожденная скромность не позволяла ему претендовать на большее, чем учитель математики и немецкого языка в гимназии, точно так же, как всякие шахматные титулы его по-настоящему не волновали.

Высокого роста, с крупными чертами лица, с которого почти никогда не сходила улыбка, Андерсен был веселым и остроумным человеком. Любил шутку. Его дружелюбное отношение ко всем, включая также соперников за шахматной доской, снискало ему всеобщее уважение.

После лондонского триумфа — одной из самых ярких страниц в спортивной биографии Андерсена — еще почти четверть века он среди сильнейших шахматистов мира. Да, в 1858 году он с крупным счетом (+2—7=2) проигрывает матч Морфи. Но кто из шахматистов не проигрывал легендарному американцу! Многие на месте Андерсена пытались бы оправдать свою неудачу, но только не он, первым признавший, что противник сильнее его.

«Играющий с Морфи, — писал Андерсен, — должен оставить всякую надежду поймать его хотя бы на самую тонкую ловушку; он должен знать, что Морфи все видит совершенно ясно, что об ошибочном ходе с его стороны не может быть и речи».

После этого поражения кое-кто готов был заявить о закате немецкого мастера. Но вот Морфи отходит от шахмат, и звезда Андерсена засияла вновь. Матчевые победы сменяются турнирными. Еще одна неудача подстерегла его в поединке с будущим чемпионом мира Стейницем (1866). Но не следует забывать, что Андерсен был старше своего соперника на целых восемнадцать лет. Снова пошли разговоры, что время Андерсена прошло. И скептики снова оказались посрамленными; словно феникс, восстал из пепла немецкий мастер: вот разгромлен будущий претендент на шахматную корону Цукерторт (1868), одержана победа на сильном международном турнире в Баден-Бадене (1870).

Годы, увы, брали свое. Романтику Андерсену все труднее становится отстаивать свои позиции в единоборстве с представителями «Новой школы». В 1876 и 1877 годах он уступает в матчах одному из «пионеров современной школы» (Стейниц), своему соотечественнику Паульсену. Правда, побежденному в ту пору было под шестьдесят. А в год своего шестидесятилетия на турнире в Париже Андерсен, уже тяжело больной, впервые оказывается за чертой призеров, заняв «скромное» 6-е место. Но зато в предыдущих пятнадцати турнирах, где ему довелось выступать, он девять раз был пер-вым, три раза занимал вторые места и столько же третьи, не считая множество выигранных матчей.

Андерсена часто любят представлять эдаким шахматным гусаром, умевшим только атаковать. Бесспорно, делал он это блестяще. Достаточно вспомнить две его знаменитые партии — с Кизерицким и Дюфренем, названные «бессмертной» и «неувядаемой», которые и сегодня звучат, как гимн комбинации. Конечно, то был миг наивысшего вдохновения, не часто посещающий даже величайших художников. Но сколько блестящих атак, превосходных комбинаций можно найти и в других партиях немецкого мастера.

Андерсен был также подлинным мастером позиционной игры, и примеров тому немало. Его аналитический ум старался проникнуть в самые глубины шахматного творчества. И все же в истории Андерсен остался, прежде всего, как гений шахматной комбинации, шахматный Моцарт, создавший произведения удивительной красоты и фантазии, особого звучания, над которыми время не имеет власти.

Умер великий шахматист Адольф Андерсен 13 марта 1879 года в Бреславле.

Понравился пост?
Поделись страницей с друзьями в социальных сетях

Написать ответ

Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика